Имя: Мария Евневич
Кафедра: Экономика управления предприятием
Год окончания: 2002

Часть 2

Гага
Кроме «Медведя» было еще одно место паломничества – магазин «Гага». Там в режиме рюмочной наливали разные спиртные напитки, чай–кофе, давали бутерброды и продавали сигареты поштучно. Чай–кофе и бутерброды давали и в факультетской столовой, а посему, когда народ шел в «Гагу», обычно это значило примерно одно и то же. Как правило, к услугам «Гаги» обращались, когда финансы начинали петь романсы, а душа требовала банкета – для некоторых «Гага» становилась логическим завершением «Медведя». Так, один юноша, учившийся а курс старше нас, Макс, будучи в состоянии изрядного подпития, иногда подходил к кому–нибудь и говорил: « I need vosem’ chetiresta to go to gaga to drink vodka». Восемь четыреста, исходя из того, что водка в «Гаге» стоила тогда 2100р. за 50 мл., должно было хватить на 200 грамм. Максу обычно, на самом деле, хватало и 4200р., ибо к тому моменту, как он начинал говорить по–английски – он был уже хорош…

Таврический сад
Таврический сад – это тоже «наше все», почти в той же степени, что и Иван Петрович Бойко.
В сентябре в Таврике мы пили пиво, сидя на траве. Зимой играли в снежки. Весной загорали на лужайках. В июне нервно гуляли по дорожкам, ожидая результатов письменного экзамена по мат.анализу.
В Таврике мы катались на «Ромашке», смотрели, как дедки режутся в шахматы и домино.
Через Таврик мы бегали в «Каравай» за всякими пончиками и др.
В Таврике мы иногда договаривались встречаться, когда косили лекции.
В Таврике наши юноши играли в футбол на спорткафедре.
В общем, не забудем никогда.

Философия
У нас был замечательный преподаватель по философии – господин Исаков. Когда он читал лекцию, редкая птица из зала могла понять все тонкости категорического императива Канта, но мы с большим уважением относились к его увлеченности темой. Он явно получал от своих лекций удовольствие – он ходил по подиуму 401 аудитории и беседовал с потолком, иногда поворачиваясь в зал, чтобы донести до нас, в чем Ницше был прав, и где он ошибался. После чего снова переходил к сложным умозаключениям, красивым, но бесконечно далеким от приземленных интересов первокурсника. Неудивительно, что при такой увлеченности вещами воздушными, Исаков был далек от вещей материальных. В частности, принимая у нас экзамен на первом курсе он 10 минут не мог открыть аудиторию. Исаков уже собрался идти звать кого–нибудь из хозяйственников, когда я вызвалась (к неудовольствию одногруппников) открыть дверь и попросила у него ключ. Естественно, дверь открывалась просто – нужно было повернуть ключ 3 раза, а не 2. Так я заработала дополнительный балл на экзамене и получила свое «отлично».

Матан Черняев.
Преподаватель по матанализу Петр Константинович Черняев внушал нам ужас. Он писал на доске формулы, потом поворачивался в аудиторию и спрашивал «понятно?» Понятно было далеко не всем, но мы дружно кивали головой. А потом на экзамене приходилось это понимание демонстрировать. Причем если все остальные предметы можно было заучить, матанализ запоминанию не поддавался. Со школьной математикой у него не было ничего общего. Кроме того, у матанализа не было никакого понятного прикладного смысла. Создавалось ощущение, что где–то между 11 классом и 1 курсом должно было быть еще пару лет учебы, где давали много математики, но мы их почему–то пропустили. Но не это было самым страшным.
Пугала нас феноменальная память Петра Константиновича. Он не вел у нас семинары и не знал нас по именам и фамилиям. Наши зачетки он видел 1 раз – на экзамене. И когда после одной из пар он окрикнул мою одногруппницу и сказал «Екатерина! Там, где сидели Унеговская с Макаровой, остался полиэтиленовый мешок. Передайте им, пожалуйста». Потом выяснилось, что он помнит досконально не только имена и фамилии, но и кто на каких лекциях не был, и кто на какой теме клевал носом.

Конечно, дую!
Именно такой ответ на вопрос «Do you speak English» хотелось дать после посещения наших английских пар. Английский у нас вела женщина по имени Гущан Нарине Сократовна. мы хотели бы читать статьи из газет типа Financial Times, но вместо этого у нас были St–Petersburg Times с их средней корявости английским и учебник English for businessmen с его тотальным Рунглишем. Мы все время обсуждали как мистер Браун продает Мистеру Блэку гайки по ценам CIF или FOB и переводили тысячи, тщательно выбирая книги, опубликованные не только на английском, но и на русском. Кроме того, от безмерной скуки мы играли в слова (став в этом за пару лет высокими профессионалами) и обсуждали особенности личной жизни Наринэ Сократовны.
Недавно я встретила Нарине Сократовну в ресторане «Фрегат «Благодать». Она теперь очень приятная женщина, и хотя стала старше на 10 лет, выглядит гораздо лучше. Она совсем не похожа на ту мегеру, которая пыталась нас научить рунглишу. Как это ни удивительно, время меняет людей, так что ей отдельный респект.

Медицина
Как сейчас помню это еле живое здание–дворец на Галерной, где эти героические женщины – терапевты, хирурги, реаниматологи – зачем–то тратили свое время, чтобы научить нас, оболтусов, основам медицины и первой помощи. Мы сидели на детских стульчиках, на которых помещались задницы далеко не всех моих однокурсниц, и слушали лекции с непонятными словами типа «асфексия» и «пальпация». Мы бинтовали манекены и кололи шприцами резиновые руки, ноги и задницы, получившие за свое долгое болезненное существование столько игл, сколько не снилось целому наркоманскому притону. Я не понимала ценность всех этих мероприятий, пока мне не пришлось однажды делать самой себе внутримышечно укол в пятую точку – рядом не было никаких медработников, а укол нужно было сделать срочно. Тогда я была очень рада, что занятие с резиновыми задницами я не пропустила.

Трондхеймские тролли
На четвертом курсе у нас был совместный маркетинговый проект с норвежскими студентами. Мы исследовали перспективы вывода на петербургский рынок норвежских конвекторов НОБО. С того самого момента я по умолчанию не верю ни одному маркетинговому исследованию, и чтобы убедить меня, что оно корректное, исследователям требуется большое количество времени и сил. Потому что я помню, как делали это исследование мы. И каким красивым и обоснованным оно стало в итоге. Норвежцы из нашей группы показали полное неумение считать деньги – и любые другие цифры. Финансовые ошибки в нашей презентации я успела исправить, но не знаю, что было в презентациях у других. В виду непрозрачности рынка конвекторов в России, оценку его емкости мы делали на основании нескольких экспертных оценок – причем не самых маститых специалистов, потому что те, кто покруче, в силу занятости времени на студентов не нашли.
Зато норвежцы отлично пожили месяц в Питере, а мы замечательно провели 3 недели в Трондхейме. Мы жили на кампусе местного университета, ходили в клубы, смотрели фьорды, бродили по городу, пели русские песни, обедали в ресторане на башне, где давали unlimited pizza. В общем, делали shopping, drinking, nightclubbing и многое, многое другое. Две недели. А третью неделю мы сидели безвылазно в компьютерном классе и в срочном порядке ваяли презентации проектов – с 9 утра до 10 вечера, когда нас с руганью выгоняла охрана.

Имя: Мария Евневич
Кафедра: Экономика управления предприятием
Год окончания: 2002

Факультетские заметки

Превед, медвед.
Когда мы учились, все было проще. На первых курсах у нас был рядом всего один пивбар «Медведь», которому почти столько же лет, сколько и самому факультету и куда ходили и студенты, и преподаватели. Понятное дело, наличие рядом столь славного заведения оказалось важным фактором как единения нашего курса, так и знакомства нашего курса со старшими и младшими курсами.
Когда был день стипендии (ясно, что на нее даже толком и напиться–то было трудно, но важен сам факт), «Медведь забивался «под завязку», столы сдвигались, народ пил пиво и стоя толкал тосты типа «За Университет», «За экономический факультет» и т.д.
В «Медведе» проходили и наши будни — вторая пара начинается в 10.45, а «Медведь» открывается в 11.00. Всего–то 15 минут подождать. Поэтому пятничную потоковую лекцию по философии господина Исакова посещали немногие.
В «Медведе» барменши знали, кто сюда ходит из наших преподавателей и кто что пьет. После того, как перед праздниками всем студентам на факультете раздавали разную хрень в мешках типа дезодорантов, стиральных порошков, бритв, мыла туалетного от каких–то спонсоров, нам в «Медведе» меняли на пиво подарочные дезодоранты Rexona и дезодоранты Impulse. А иногда в «Медведе» можно было даже выпросить пива в долг.
Ну были еще как альтернатива «Медведю!» — Кинотеатр «Ленинград» со своими игровыми автоматами, гейм–бар “777”, «Голубая лагуна» — с тараканами. А до всего остального было идти далеко и лень. Теперь разнообразие существенно больше.

День дурака
1 апреля был массовым праздником с конкурсом на самый идиотский наряд, проводившимся в Греческом зале. Придумали его наши однокурсники, которые впоследствии стали факультетскими КВН–щиками. Несколько человек из моей группы притащили все идиотские шмотки, какие были в доме — от пижам и полосатых колготок до волейбольных наколенников, париков и шляп. Помнится, нам удалось составить несколько безмерно дурацких нарядов, и по принципу «ну хоть один да прорастет» кто–то из нас завоевал бочку пива «Балтика — 7". Пили мы ее, понятное дело, в «Медведе» — нам удалось уговорить барменш, чтобы нам ее разрешили там выпить.

Сессия
У нас бытовала поговорка: «На экономический факультет очень трудно поступить. Но вылететь оттуда еще труднее — это практически невозможно». Сессию сдавали все — с первого, с десятого раза, через академку, через перевод из одной группы в другую. Только те, кто учиться не хотел или хотел не здесь — уходили. Мирно. Был только один исключительный случай: в 9 семестре, то есть, за полгода до окончания 5 курса, Иван Петрович Бойко не допустил до сдачи экзамена или даже зачета (не помню) 8 человек. Не допустил «намертво» — из–за посещаемости менее 2/3 без уважительной причины. И только 4 из них удалось восстановиться. Остальным не помогли ни уговоры, ни какие другие методы.

Иван Петрович Бойко
Это наше все. У нас он был зав.кафедрой, еще когда деканом бы Богомазов. Даже отпетые прогульщики говорили, что у Ивана Петровича Бойко интересные лекции. Но его зачеты и экзамены были еще интереснее.
В нашу первую сессию у нас был зачет по специальности — Экономика предприятия. Иван Петрович стал разбирать результаты письменного зачета — надо сказать, весьма плачевные — не сдало человек 12. В зале кто–то отвлекся (обсуждали совместное празднование Нового года, так как на дворе было 30 декабря).
Иван Петрович Бойко нахмурил бровь и сказал: «Ах вам не интересны ваши ошибки? На самом деле, не сдал никто! Просто я вам сделал скидку на первый раз. А теперь она отменяется!».
31 декабря 1997 года. 18.00. Группа ЭП–1 сдает письменный зачет по экономике предприятия…
Надо сказать, после таких мучений пилось в Новый год особенно легко.

Имя: Кликунец Дмитрий
Кафедра: Экономика управления предприятием
Год окончания: 2002

СПБГУ — это самый реальный ВУЗ в городе.
Наиболее серьезный в плане качества обучения. И в плане авторитета у работодателей тоже.
Про учебу на экон. ф–те скажу следующее. Я учился на кафедре «Экономика предприятия». Основатель кафедры – Иван Петрович Бойко (ныне декан). Иван Петрович вообще КОРИФЕЙ. Это я не приувеличиваю. Его лекции по этому курсу наиболее содержательны и полезны с практической точки зрения – более чем какие–либо вообще прочитанные мной учебные издания. К тому же он максимально толково ведет семинары. Все что написано по экономике предприятия в принципе – выдержки из его лекций и разного рода «ремейки».
Аспиранты на кафедре тоже толковые. В мою бытность студентом семинары (вместе с И. П. Бойко) вели Александр Колышкин и Ярослав Борисов.
Мария Казимировна тоже очень интересно вела ряд специальных дисциплин. Кроме того она с удовольствием общалась со студентами в неформальной обстановке чем заслужила любовь и уважение многих.
Чернова Елена Григорьевна (несмотря на строгость и чрезмерную суровость) тоже очень толковый преподаватель.
Может и другие есть – но в мою бытность были эти – их и вспоминаю добрым словом.
Ковалев Валерий Викторович написал замечательный «финансовый менеджмент».
Еще очень интересно вел информатику Роман Валентинович.

К сожалению вот этих специальных дисциплин было слишком мало по времени и только с 3 курса. А как раз в этот момент все уже стремятся как–то где–то начинать работать по специальности – а знаний маловато. Университет конечно это база, но практические знания нужны в большем объеме.

Слишком много философии, культурологии, КСЕ, ОБЖ (2 семестра на 5 курсе — это шок!!!!!) и т.д. Все равно их надо сдавать и хоть как–то готовиться – это отнимает время от основного.

На мой взгляд, экон. ф–т должен больше времени уделять специальной подготовке студентов. Особенно кафедра экономики предприятия.

Так или иначе, выпускники экономического ф–та СПБГУ составляют некий особый пласт общества, формируют собой интеллектуальное ядро нашего (и не только нашего) города. Это своего рода клуб по интересам со своей философией, менталитетом, системой ценностей и взглядом на жизнь. Универ собрал разных людей но привил им нечто общее – положительно выделяющее среди выпускников других вузов – МЕНТАЛИТЕТ.

Благодаря Университету я приобрел трех надежных друзей. Что характерно, во время учебы мы вчетвером практически не общались (и тем более не дружили). А вот выйдя из него и окунувшись в водоворот жизни как–то случайно (сейчас понимаю что закономерно – по мере приобретения жизненного опыта) нашли друг друга в огромной массе окружения. Это Менталитет. Причем правильный.

Имя: Андрей
Кафедра: Мировая экономика
Год выпуска: 2003
E–mail

Я не буду останавливаться на многочисленных положительных сторонах университетского образования, о которых, я уверен, будет сказано немало теплых слов, вместо этого постараюсь сосредоточиться на проблемах.
После выпуска часто происходит полная переоценка своего собственного учебного опыта. Для многих моих друзей и для меня лично одной из основных задач в студенческие годы было легко и весело провести время, а получение знаний часто воспринималось, как постылая повинность. Отсутствие необходимости самостоятельно платить за обучение сыграло свою роль в формировании легкомысленного отношения многих студентов к занятиям. Столкнувшись с реальными требованиями рынка труда, начинаешь понимать, что неверно расставлял приоритеты. Тем не менее, не всегда недостатки образования объясняются нерадивостью студентов.
Ниже я постарался указать на несколько проблем, с которыми мы столкнулись в период обучения c 1998 по 2003 год. Многие из них предопределены структурой российской образовательной системы или упираются в вечные проблемы — недостаток финансов и дефицит квалифицированных кадров, тем не менее, часть из них администрация факультета вполне в состоянии решить. Сразу оговорюсь, мой опыт в большей степени относится к специальности «Мировая экономика», хотя подозреваю, что на других кафедрах ситуация схожая.

1. Недостаток внутренней логики у учебного плана. Необходимо найти баланс между широтой охвата — безусловным достоинством университетского образования — и связностью, в противном случае учебный план распадается на разрозненный список предметов, которые не дополняют друг друга. Знания, полученные на младших курсах, должны активно использоваться в ходе дальнейшего обучения, а не лежать мертвым грузом. К примеру, эконометрика и статистические методы — важнейший инструментарий экономической науки — не использовались при изучении других дисциплин (к радости многих, надо отметить). Иногда создавалось впечатление, что включение в план ряда предметов определялось не реальной в них потребностью, а необходимостью занять преподавателя той или иной кафедры. С другой стороны, такой необходимый экономисту–международнику курс, как теория экономического роста, в учебный план вообще не попал.

2. Отсутствие курсов, подготавливающих студентов к научной работе. Возможно, имеет смысл предусмотреть в учебном плане первого–второго курсов изучение логики, что научит студентов правильно выстраивать аргументацию при самостоятельной научной работе. Отдельный спецкурс, посвященный технике сбора информации для самостоятельной работы (какая информация необходима, где и как можно ее найти), был бы также весьма полезен. Ситуация, при которой данные задачи целиком ложатся на плечи научных руководителей, ставит студентов, чей научный руководитель не может выделить время на подробные разъяснения, в неравное положение.

3. Отсутствие доступа к необходимым источникам информации. Во время нашего обучения факультет не обеспечивал доступ к важнейшим базам данных, таким как International Financial Statistics, Global Development Finance, электронным библиотекам и архивам, вроде JSTOR или ScienceDirect, дайджестам прессы и так далее. В результате, значительная часть времени уходила не на анализ, а на сбор информации, которая, к тому же, часто оказывалась неполной. Образно говоря, студенты вынуждены искать не там, где потеряли, а там, где светло.

4. Отрыв теоретических знаний от практики. Традиционный для университетского образования упор на теорию не должен означать полного отрыва знаний от их практического применения. К примеру, курсы микро и макроэкономики сильно бы выиграли, если бы в ходе семинарских занятий иллюстрировались примерами из российской и мировой практики и разбором case studies — это значительно облегчает усвоение материала. Более активное сотрудничество факультета с частным сектором, не органичивающееся проведением редких «ярмарок вакансий» для старшекурсников, позволит студентам понять, какие именно навыки и знания понадобятся им в будущей карьере. К возможным направлениям такого сотрудничества можно отнести проведение совместных исследовательских проектов с привлечением студентов, приглашение лекторов из частных компаний, организация конкурсов и так далее.

5. Недостаточно жесткий контроль за учебным процессом. Любые намеки на усиление административного контроля вызывают болезненную реакцию у студентов, однако следует признать, что более жесткие «правила игры» в конечном итоге служат их же благу. В частности, явно недостаточен контроль за плагиатом при научной работе. Ситуация, при которой несправляющиеся с нагрузкой студенты переходят из курса в курс и получают дипломы, подрывает доверие к Университету и снижает качество образовательного процесса.

6. Проблемы с хозяйственным обеспечением. У меня есть единственное объяснение неудовлетворительному качеству еды в университетской столовой — администрация факультета побоялась, что в приличном кафе студенты будут проводить больше времени, чем в аудитории. За приобретение стальных стульев в здание на ул. Радищева хозяйственным службам факультета хочется сказать отдельное спасибо.

Я перечислил несколько проблем, с которыми нам пришлось столкнуться во время обучения. Я надеюсь, за время, прошедшее с момента нашего выпуска, часть из них удалось решить (вывели тараканов в кафе?). В завершение хочется сказать, что несмотря на все недостатки, пять лет, проведенные в стенах факультета, оставили самые теплые воспоминания и достойный багаж знаний, который делает выпускников нашего Университета конкурентоспособными как на российском, так и международном рынках труда.